Выдающиеся люди

Басков Николай Викторович
Российский певец (тенор), заслуженный артист России (2001), Народный артист РФ (2009).
Голикова Татьяна Алексеевна
Государственный деятель России, Министр здравоохранения и социального развития Российской Федерации
Гранаткин Валентин Александрович
Советский футболист, хоккеист (с мячом и шайбой) и спортивный чиновник.
Меншиков Александр Данилович
Российский государственный и военный деятель, сподвижник и фаворит Петра Великого
Расторгуев Николай Вячеславович
Российский певец и общественный деятель, лидер группы Любэ, народный артист России

История Звенигорода

Первое летописное упоминание под 1328 годом.

 

Первоначально Звенигород — сторожевой город Московского княжества, в 1382 году сожжён ханом Тохтамышем. Во время Смуты Звенигород занят отрядами Болотникова, затем захвачен и разграблен польско-литовскими войсками. В 1812 году город захвачен французами.

Освобождён партизанским отрядом майора В. Фиглева.

Звенигород

Звенигород всегда охранял Москву от внешних врагов: князей смоленских, тверских, рязанских, а также Литвы и Польши. Своё название он получил от слова «звени» (или «звон»). В Саввино-Сторожевском монастыре, расположенном в двух верстах от города, находилась Сторожевая башня с вестовым колоколом, приводившим своим звоном местную рать в боевую готовность при появлении противника. Правда, и монастырь, и башня возникли, когда город уже существовал, но возможно, что-то подобное вестовому колоколу было и раньше. Кстати города с таким же названием существовали в домонгольский период в южных княжествах, и московский Звенигород мог быть назван в честь одного из них.

 

В описаниях русских городов есть такая запись: «Город Звенигород строением в котором году начат и совершён известия за погорением в 1723 году Звенигородской канцелярии неотыскано». В летописях Звенигород встречается впервые в духовной грамоте Ивана Калиты за 1328 год, но без указания, чем Звенигород был в то время — городом, селом или волостью. Вероятно, городом, так как в духовной грамоте сына Калиты князя Ивана Ивановича (1356) Звенигород упоминается как самостоятельный город «со всеми волостьми, и с мытом, и с сёлы, и с борты, и с оборотчики, и с пошлинами». О времени основания Звенигорода споры ведутся давно. Его считают ровесником Москвы, а датой основания называют 1086, 1152 или 1196 годы. Однако в описи 1293 года городов, разрушенных татарами, о Звенигороде нет сведений. Зато упоминаются Дмитров, Коломна, Можайск, Волок, Москва, а Звенигорода нет. Скорее всего, речь идёт о Звенигороде 1086, 1152 или 1196 годов, расположенном в Галицкой земле, а не о городе Московского княжества, хотя археологические данные свидетельствуют о появлении поселения на этом месте гораздо ранее XIV века.

 

Известно, что московский князь Иван Калита передал Звенигород сыну Ивану II, а от него удел отошёл к Москве, к князю Дмитрию Донскому. Первые звенигородские князья жили в Москве лишь изредка наезжали в Звенигород, где имели свой двор. Во время нашествия на Москву в 1382 году хана Тохтамыша Звенигород был сожжён и разрушен, как большинство подмосковных городов. быстро восстановившись, Звенигород достиг наибольшего процветания при младшем сыне Дмитрия Донского, князе Юрии, правившим в Звенигороде с 1389 по 1434 год. Юрий Дмитриевич был первым из князей, который переехал из Москвы на постоянное жительство в свою «отчину» Звенигород. Богатство, которое он нажил, позволило князю Юрию развернуть в городе большое строительство. Он укрепил земляной звенигородский кремль Городок, построил в нём Успенский собор и новый княжеский дворец. По его желанию рядом с городом был заложен Сторожевский монастырь, настоятелем которого стал ученик Сергия Радонежского Савва, бывший игумен Троице-Сергиевого монастыря. Монастырь одновременно был оборонной крепостью на подступах к Звенигороду и Москве.

 

С князем Юрием связано начало междоусобного конфликта между князьями московского дома — самим Юрием и его племянником, девятилетним Василием. В 1433 году Юрий овладел Москвой, но, не получив поддержки бояр, удалился в Звенигород. В следующем году он снова занял Москву, но через два месяца умер. Его сыновья продолжили борьбу за великий стол, и Василий Косой объявил себя на Москве наследником. Братья Василия Косого, Дмитрий Шемяка и Дмитрий Красный, не признали его и оказали поддержку Василию II, но затем выступили против него. Война эта продолжалась более 30 лет с переменным успехом и закончилась победой Москвы. Всё это время Звенигород был опорой боярской оппозиции, а с окончанием войны вошёл в Московское княжество. Последним удельным князем звенигородским стал сын Василия II Андрей Большой. В 1492 году город был окончательно присоединён к Москве. На рубеже XV-XVI веков его трижды жаловали на короткие сроки татарским царевичам.

 

В начале XVII века жители Звенигорода вошли в состав отрядом И. Болотникова, а затем город был занят и разграблен полько-литовскими войсками. Пострадал и Савино-Сторожевский монастырь, а «игумена с братией огнём жгли». Освобождённый ополченцами Минина и Пожарского, город не сумел восстановить былое экономическое положение. Жизнь Звенигород оказалась связанной с ростом популярности Сторожевского монастыря, основателя которого Савву в 1652 году объявили святым, а его мощи открыли для поклонения.

 

При образовании в России губерний в начале XVIII века Звенигород оставили уездным центром Московской губернии. Теперь он стал типичным провинциальным мещанско-купеческим городом с малодоходным сельским хозяйством и зарождающейся промышленностью. Рост населения падал, к тому же часть жителей города переселили в новую столицу Санкт-Петербург. Там их поселили на особой улице, названной Звенигородской.

Звенигород

Близость к Москве развивала в Звенигороде отхожие промыслы. Мещане, «не находя в городе упражнений, отпускаются по паспортам в Москву и прочие города, где они служат у купцов в приказчиках и сидельцах».

 

В 1784 году город получил новую прямоугольную планировку. На плане, утверждённом Екатериной II, были обозначены основные общественные и торговые здания, указаны изолированные друг от друга кварталы для раздельного заселения по сословиям.

 

Война 1812 года существенно затормозила экономическое развитие города, и уезда. После Бородинского сражения русские войска отходили к Москве через Звенигород. Под Звенигородом русский корпус генерала Ф. Винценгероде в течение шести часов сдерживал десятикратно превосходящий французский корпус Е. Богарне, дав главным силам русской армии беспрепятственно отойти. В занятом французами городе и уезде развернулась партизанская война. Партизаны уничтожили более двух тысяч французов, а затем сам город и монастырь освободил партизанский отряд майора В. Фиглева.

 

В XIX веке промышленность в Звенигороде почти не развивалась, а отдалённость от торговых путей и железной дороги придавала ему сходство с тихим дачным городком. Жители в основном занимались кустарными промыслами. Существовали мастерские по обработке дерева, художественное плетение из лозы, изготовление струнных музыкальных инструментов.

 

Живописные окрестности «подмосковной Швейцарии», как называли Звенигород, привлекали к нему людей литературы и искусства. Сюда на отдых приезжали Саврасов, Репин, суриков, Чайковский, Танеев. В 1887 году здесь работал Чехов. Со Звенигородом связано имя художника И. Левитана. В городе и его окрестностях он написал картины «Саввинская слобода», «Звенигород», «Прудик», «Тихая обитель» и другие.

 

То, что вижу я сейчас перед собою, подтверждает истинность не раз мною слышанного суждения о чрезвычайной ловкости и смышлёности русских.

 

Русский крестьянин правилом себе полагает не считаться ни с какими препонами. Вооружившись топором, который всюду носит с собой, он превращается в настоящего волшебника и сотворяет в мгновение ока любую вещь, какой не найти в глуши. Он сумеет доставить вам среди пустыни все блага цивилизации; он исправит вашу коляску; он найдёт замену даже сломанному колесу, вместо него ловко пропустив под кузовом жердь, так чтобы  один конец был привязан к поперечине, а другой волочился по земле; если же, несмотря на эти ухищрения, телега ваша не сможет ехать, то он мгновенно построит вам вместо неё другую, с чрезвычайною ловкостью употребляя обломки старой для сооружения новой. В Москве мне советовали ездить в тарантасе, и лучше бы мне последовать этому совету, ибо в таком экипаже никогда нет опасности застрять в пути!.. Любой русский крестьянин способен его исправить и даже соорудить заново.

 

Если вы решили заночевать в лесу, этот мастер на все руки возведёт вам дом для ночлега; и наскоро смётанная хижина будет лучше любого городского трактира. Поместивши вас со всевозможным удобством, сам он закутается в вывернутую овчину и ляжет спать на пороге вашего нового жилища, охраняя вход в него подобно верному псу; или же устроив для вас кров, усядется напротив под деревом и , глядя в небо будет развеивать вашу тоску пением народных песен, которые печалью своею вторят самым сладостным порывам вашего сердца, ибо ещё одним достоянием этой одарённой, но обездоленной расы является также и врождённый музыкальный талант... и никогда не придёт ему в голову, что по всей справедливости он и сам бы мог занять место рядом с вами в той хижине, которую только что для вас соорудил.

 

Долго ли ещё эти избранные люди будут оставаться скрыты в глуши, где держит их провидение... и ради какой цели? Это ведомо лишь ему одному!.. Когда пробьёт для них час освобождения и, более того, господства? Сие — Божья тайна.

А. де Кюстин

«Россия в 1839 году»